Re: Об ублюдках
Примерно неделю назад некто verbrenner пожаловался своему интернет-дневнику на художественную ячейку ДСПА, разукрасившую стены Истфака ГУ.
Почему, мол, «краснознаменные уроды», «ублюдки» не сидят еще в клетке,  как «обезьяны», а гуляют на свободе и разрисовывают стены «родного факультета»?
Сердце радуется, когда видишь, какие благородные защитники появились у городских достопримечательностей.
Еще больше оно обрадовалось, когда в комментариях проявился субъект с непроизносимым ником positiveromblch.
К успокоительным поглаживаниям головы вербреннера сей высоконравственный муж присовокупил еще и наш краткий психологический портрет: «чумазая организация» пытается привлечь к себе внимание, «вот и страдает фигней».
Все это конечно обидно, но в известной степени справедливо - мы разрисовали стены здания, построенного в начале XIX века.
Непонятно только одно. Где были эти защитники культурного наследия, когда чиновники готовили проект перестройки Новой Голландии? Вот уж был простор для праведного гнева!
А когда готовили строительство второй сцены Мариинского театра? Почему они молчали словно воды в рот набрав, когда в историческом центре велась уплотнительная застройка – возводили нелепые стекляшки рядом с памятниками архитектуры? Или когда творения великих архитекторов уродовались безобразными рекламными щитами?
Где они были, эти высокоморальные типы?
И вот сейчас две из трех буддийских обезьян, предпочитавших до селе не замечать зла, внезапно заговорили. И что еще они могли нам сообщить, кроме казенной мудрости, изрекаемой с выражением уязвленного благородства, и доморощенной психологической кислятины, в стиле «тибескокалет, паря?», подаваемой под видом жизненного опыта?
И подобные нотации читаются в тот момент, когда студенчество – люди достаточно образованные, чтобы исследовать общество, и достаточно амбициозные, чтобы его переустраивать – находится в самом жалком и задавленном состоянии; когда образованность и амбиции работают только против студенчества, на каждом шагу демонстрируя любому трезвому человеку отсутствие других перспектив, кроме однообразной нелюбимой работы и преждевременной старости; когда будущий «интеллект общества» контролируется администраторами всех мастей как стадо баранов с помощью кнута безработицы и армейского пряника, и используется для стрижки купонов.
Что ж, до тех пор, пока согнутое студенчество не находит другого пути, кроме как искать утешения в имперских или не менее позорных (но вот уж действительно «чумазых»!) солипсических мечтаниях, пока настроения задают те представители студенчества, которым посчастливилось иметь богатых предков, нам придется выслушивать и их добровольных глашатаев – всяких вербреннеров и позитивромбличей, закуклившихся в своем теплом, затхлом мирке и впадающих в неистовство всякий раз, когда кто-то тревожит их покой.
Но мы уверены, российское студенчество распрямится вслед за своими французскими братьями.
И тогда держитесь, разеватели варежек и прочая снулая рыба!
|
Агитация 
