Нас обманули. Нас уверяли, что борьба между капитализмом и социализмом закончилась победой капитализма, а значит – больше не будет нужды, подавления и войн, а будет мир, демократия и всеобщее благополучие. Нас вдохновляли баснями о строительстве общемирового дома, где не будет границ паспортов и таможни. Но это была - колоссальная ложь!
«Петр проповедовал самые радикальные взгляды. Единственно, в чем мы расходились, так это в тактике. Он был сторонником вооруженных партизанских налетов на государственные учреждения. Я ратовал за индивидуальный терроризм в эсеровском стиле. «Надо выждать еще несколько месяцев и начать с громкой акции. Я завязал связи с рабочими Тульского оружейного завода. Они готовы продавать АКРС оружие», - говорил Ущиповский. Мы решили начать со взрыва Куйбышевского райкома ВЛКСМ». Мы продолжаем публиковать воспоминания товарища который называет себя Нестором Гусманом.
«Как могло случиться, что в начале XXI века в России хозяйничают неонацисты?» - этим вопросом сейчас задаются многие люди. Могло. И случилось. Причем не только в России, но и в цивилизованном мире. Нацизм поощряет коррумпированная олиграхическая система. Зачем? На этот вопрос попытался дать ответ известный левый публицист Борис Кагарлицкий в книге «Восстание среднего класса». Мы находим его аргументы вполне убедительными.
Принято считать, что анархизм давно стал анахронизмом, воспоминанием о далекой эпохе, когда молодые люди в пенсне или, как говорил большевистский вождь, - взбесившиеся от ужасов капитализма мелкие лавочники, кидали бомбы в буржуа и министров, а матросы, перепоясанные лентами с патронами, заявляли парламентариям: «Караул устал!» Якобы анархизм сейчас – это просто эстетическая позиция, попытка наиболее ярко продемонстрировать свой нонконформизм...
Павел Черноморский – сейчас он работает телекорреспондентом, его специализация – изобразительное искусство, то есть художественные выставки и пр. А десять лет назад Павел был самым юным активистом группы коммунистов-революционеров «Рабочая борьба». Вспоминает он о, пожалуй, самой спорной странице истории этой группы – о периоде ее сотрудничества с НБП.
Мы начинаем публикацию воспоминаний товарища Нестора Гусмана. Главный вопрос, на который пытается найти ответ т. Гусман: почему люди становятся активистами? Некоторые соображения т. Гусмана кажутся весьма спорными, с некоторыми, наверное, и вовсе нельзя согласиться. Но Гусман честен с нами, и это самое важное.
В момент подъёма протестных настроений отсиживаться в кустах вместо того, чтобы словом и делом распространять свои идеи среди тысяч наиболее политически активных членов общества мы посчитали не только малодушием, но и глупостью.
В настоящее время в политической и социальной теории часто всплывает параллель между работниками информационных технологий и пролетариями XIX века. Примеры - термин "cognitariat", особенно популярный у итальянских философов, и немецко-австрийская группа Oekonux, считающая, что условия для марксистской революции созрели только сейчас.
Вопрос о взаимоотношениях левых и либералов чрезвычайно сложный. Его нельзя рассматривать лишь с точки зрения политической тактики и стратегии. Он требует вдумчивого мировоззренческого анализа. А для этого необходимо совершить небольшой экскурс в область истории идей и социальных движений.
Мы видим, что очень хорошая идея, предложенная группой «Социалистическое сопротивление», - создать в России общий фронт революционеров, чуть было не утонула в болоте ругани и интриганства. Это прискорбно. Мы всегда были за расширение сотрудничества со всеми революционными силами. Мы всегда были за создание широкой сети революционного действия. Однако и мы отчасти виноваты в провале проекта под названием «Фронт революционного действия».
Общеизвестно, что позорная неонацистская зараза расползается по стране. И горько сознавать, что наш великий город делит с Воронежем незавидное первенство в количестве зверских актов насилия со стороны фашистских мерзавцев по отношению к иностранным гражданам и нашим соотечественникам по бывшей общей Родине – Советскому Союзу.
Граффити - одна из форм альтернативной пропаганды. Чтобы стать граффером, достаточно купить баллончик с краской и иметь представление, что ты хочешь донести до людей. Для граффити-атак лучше выбирать промышленные заборы, стены гаражей и пр. Стены зданий, особенно в историческом центре Петербурга или Москвы, лучше не трогать. Граффити на них выглядят как вандализм, отчего их пропагандистский эффект резко понижается. Ниже мы публикуем Манифест о граффити художников-авангардистов Александра Бренера и Барбары Шульц.
Путинская Россия становится все больше похожей на Испанию времен позднего Франко. Тем интересней для нашего читателя интервью с секретарём Всеобщей (Генеральной) Конфедерации Труда (CGT) Андалусии Августином Гомесом Акостой, который знает о рабочей борьбе с диктатурой не понаслышке.
Одно из самых характерных явлений последнего времени – гигантский рост профессиональных союзов. Профессиональные союзы быстро начали расти, едва только поколебленное, хотя и не сломанное, - самодержавие вынуждено было посторониться и дать месть около себя ненавистным «гражданским свободам». С тех пор профессиональные союзы, несмотря на колебания политического барометра, не переставали множиться, расти и крепнуть. Морозы реакции не могли совершенно убить их ростков. Периоды политического затишья также не подрезывали их жизненного корня. Напротив, когда активные силы рабочих масс не находили себе прямого приложения на отрытой арене революционной политической борьбы, они нередко с тем большим жаром обращались на «органическую» подготовительную работу строительства своих прочных цитаделей – профессиональных союзов.
Главнейшая задача революционной организации – это определение революционного субъекта, предполагаемый двигатель будущей революции. Он в некотором роде – архимедова точка опоры, с которой начинается наше переворачивание старого мира, наши «очки», через которые мы познаём этот мир, для того, чтобы его преобразовать. Но с другой стороны, для определения «движителя» будущей революции, надо ещё иметь в виду и ни куда не девшееся осевое противоречие капитализма – противоречие между наёмным трудом и капиталом.
Статьи 
Нас обманули. Нас уверяли, что борьба между капитализмом и социализмом закончилась победой капитализма, а значит – больше не будет нужды, подавления и войн, а будет мир, демократия и всеобщее благополучие. Нас вдохновляли баснями о строительстве общемирового дома, где не будет границ паспортов и таможни. Но это была - колоссальная ложь!
«Петр проповедовал самые радикальные взгляды. Единственно, в чем мы расходились, так это в тактике. Он был сторонником вооруженных партизанских налетов на государственные учреждения. Я ратовал за индивидуальный терроризм в эсеровском стиле. «Надо выждать еще несколько месяцев и начать с громкой акции. Я завязал связи с рабочими Тульского оружейного завода. Они готовы продавать АКРС оружие», - говорил Ущиповский. Мы решили начать со взрыва Куйбышевского райкома ВЛКСМ». Мы продолжаем публиковать воспоминания товарища который называет себя Нестором Гусманом. 
«Как могло случиться, что в начале XXI века в России хозяйничают неонацисты?» - этим вопросом сейчас задаются многие люди. Могло. И случилось. Причем не только в России, но и в цивилизованном мире. Нацизм поощряет коррумпированная олиграхическая система. Зачем? На этот вопрос попытался дать ответ известный левый публицист Борис Кагарлицкий в книге «Восстание среднего класса». Мы находим его аргументы вполне убедительными. 
Кропоткин о вольных городах
Павел Черноморский – сейчас он работает телекорреспондентом, его специализация – изобразительное искусство, то есть художественные выставки и пр. А десять лет назад Павел был самым юным активистом группы коммунистов-революционеров «Рабочая борьба». Вспоминает он о, пожалуй, самой спорной странице истории этой группы – о периоде ее сотрудничества с НБП.
Мы начинаем публикацию воспоминаний товарища Нестора Гусмана. Главный вопрос, на который пытается найти ответ т. Гусман: почему люди становятся активистами? Некоторые соображения т. Гусмана кажутся весьма спорными, с некоторыми, наверное, и вовсе нельзя согласиться. Но Гусман честен с нами, и это самое важное. 
В момент подъёма протестных настроений отсиживаться в кустах вместо того, чтобы словом и делом распространять свои идеи среди тысяч наиболее политически активных членов общества мы посчитали не только малодушием, но и глупостью. 
В настоящее время в политической и социальной теории часто всплывает параллель между работниками информационных технологий и пролетариями XIX века. Примеры - термин "cognitariat", особенно популярный у итальянских философов, и немецко-австрийская группа Oekonux, считающая, что условия для марксистской революции созрели только сейчас.
Вопрос о взаимоотношениях левых и либералов чрезвычайно сложный. Его нельзя рассматривать лишь с точки зрения политической тактики и стратегии. Он требует вдумчивого мировоззренческого анализа. А для этого необходимо совершить небольшой экскурс в область истории идей и социальных движений. 
Мы видим, что очень хорошая идея, предложенная группой «Социалистическое сопротивление», - создать в России общий фронт революционеров, чуть было не утонула в болоте ругани и интриганства. Это прискорбно. Мы всегда были за расширение сотрудничества со всеми революционными силами. Мы всегда были за создание широкой сети революционного действия. Однако и мы отчасти виноваты в провале проекта под названием «Фронт революционного действия». 
Общеизвестно, что позорная неонацистская зараза расползается по стране. И горько сознавать, что наш великий город делит с Воронежем незавидное первенство в количестве зверских актов насилия со стороны фашистских мерзавцев по отношению к иностранным гражданам и нашим соотечественникам по бывшей общей Родине – Советскому Союзу.
Граффити - одна из форм альтернативной пропаганды. Чтобы стать граффером, достаточно купить баллончик с краской и иметь представление, что ты хочешь донести до людей. Для граффити-атак лучше выбирать промышленные заборы, стены гаражей и пр. Стены зданий, особенно в историческом центре Петербурга или Москвы, лучше не трогать. Граффити на них выглядят как вандализм, отчего их пропагандистский эффект резко понижается. Ниже мы публикуем Манифест о граффити художников-авангардистов Александра Бренера и Барбары Шульц. 
Мы решили открыто высказать свое отношение к тем, кто действует с нами на «одной поляне». Чтобы расставить все точки над i
Путинская Россия становится все больше похожей на Испанию времен позднего Франко. Тем интересней для нашего читателя интервью с секретарём Всеобщей (Генеральной) Конфедерации Труда (CGT) Андалусии Августином Гомесом Акостой, который знает о рабочей борьбе с диктатурой не понаслышке. 
Одно из самых характерных явлений последнего времени – гигантский рост профессиональных союзов. Профессиональные союзы быстро начали расти, едва только поколебленное, хотя и не сломанное, - самодержавие вынуждено было посторониться и дать месть около себя ненавистным «гражданским свободам». С тех пор профессиональные союзы, несмотря на колебания политического барометра, не переставали множиться, расти и крепнуть. Морозы реакции не могли совершенно убить их ростков. Периоды политического затишья также не подрезывали их жизненного корня. Напротив, когда активные силы рабочих масс не находили себе прямого приложения на отрытой арене революционной политической борьбы, они нередко с тем большим жаром обращались на «органическую» подготовительную работу строительства своих прочных цитаделей – профессиональных союзов. 
Главнейшая задача революционной организации – это определение революционного субъекта, предполагаемый двигатель будущей революции. Он в некотором роде – архимедова точка опоры, с которой начинается наше переворачивание старого мира, наши «очки», через которые мы познаём этот мир, для того, чтобы его преобразовать. Но с другой стороны, для определения «движителя» будущей революции, надо ещё иметь в виду и ни куда не девшееся осевое противоречие капитализма – противоречие между наёмным трудом и капиталом.
